Ульрика в Пододеялии (5) Снова в путь

Едва лучи утреннего солнца пробились сквозь кремовые шторы, которыми были занавешены окна Розового замка, Ульрика и Кусолиз тихонечко выскользнули из своих кроватей. Кусолиз при этом не потревожил раскатисто храпевших Ивана Ивановича и Марью Петровну. Похоже, у него в этом был большой опыт.

— Эх, жалко, завтрак пропустим, — вздохнул маркиз.

— Ничего. Я кое-что припасла, — успокоила его Уля.

Они осторожно открыли скрипучие ворота и выбежали на улицу. Раннее утро было свежим, даже немного зябким. Но девочка — вот так чудо! — снова обнаружила на ногах тапочки. Пели ранние пташки, над полянами клубился туман

— Свобода! — пискнул Кусолиз и кинулся валяться по траве и нюхать цветочки.

— Идём скорее, — поторопила его девочка. — Как бы нас не поймали.

— Меня? Да маркиза Кусолиза, повелителя Розового замка, никто ни за что не поймает… — сказал маркиз и тут же поспешно прибавил, вспомнив вчерашнюю неудачную охоту, — если он сам того не захочет.

Всё же надо было спешить. Волк уже ждал их под кустом.

— За мной, — скомандовал он и потрусил по дорожке, прячась в тени заборов и в придорожной траве. Путникам предстояло спуститься к реке, перейти через речку и вступить в лес, за которым, на склоне холма располагался Посёлок Лириков.

Ульрика не уставала любоваться необычными домиками Посёлка Физиков, сделанные из каких-то труб, колёс, кусков загадочных аппаратов. Над одной грядкой с луком даже красовался старый выцветший плакат: «И на Марсе будут яблони цвести!» Возле грядки кто-то ходил с лейкой.

— Ой, смотрите! Смотрите! Это же робот! — с восторгом шепнула она Волку.

— Конечно, — ответил Волк. — Тут один профессор жил, так он разрабатывал проект освоения космоса. Специальных роботов к этому готовил. Ну, а как проект свернули, так он приспособил своих роботов грядки себе поливать. Профессор уж помер давно, а лучок, ничего, подрастает. Хоть на рынке продавай.

Оградки кончились, кончился Посёлок Физиков. Дорожка заметнее пошла под уклон. Нужно было идти осторожнее, чтобы не поскользнуться на мокрой от росы траве. Повеяло влагой, а потом послышался и шум реки.

За пределами посёлка Волк стал куда смелее. Он уже не прятался, не пригибался к земле, и шёл не на четырёх лапах, а на двух, как и полагается сказочному волку.

— Вот сейчас переправимся через речку — и дома, — сказал он и зачем-то облизнулся.

— Ну, это ты дома, а нам с девочкой ещё до посёлка через лес идти, — сказал Кусолиз и накинул свой плащ на плечи Ульрике, чтобы не зябла.

Речка была небольшая, лесная, но бойкая, с пеной возле торчащих из воды камней, с кружащимися листьями и веточками.

— Может, по камушкам перескочим? — предложил маркиз.

— И-и, — махнул лапой Волк. — Поскользнётесь! А вода тут ледяная. Пойдёмте, я вам лучше переправу укажу.

И они пошли по берегу, причём берег был такой топкий и болотистый, что порой ноги вязли в грязи.

— Уж не завёл ли ты нас трясину? — с тревогой крикнул Кусолиз.

— Да нет же! Скоро будет мост, — отозвался Волк.

И правда, чуть ниже по течению находился поросший мхом мостик.

— А как эта речка называется? — поинтересовалась Ульрика у Волка.

— Кач-кач.

— А почему?

— В честь мостика, — усмехнулся Волк.

И правда, стоило путникам ступить на мост, как доски застонали и задрожали под ними. Ульрика предложила переходить по-одному. Волк согласился и вызвался идти первым.

— Погоди! — сказал ему маркиз и достал из походной сумки небольшой кочан капусты.

— Это ещё зачем? — удивились Волк с Ульрикой.

— Так надо, — сказал Кусолиз. — Что-то было такое про переправу, про волка и про капусту.

И маркиз принялся руководить. Сперва он потребовал, чтобы Волк перенёс на тот берег кочан капусты и потом вернулся. Потом он послал на тот берег Ульрику, чтобы она встретила волка и отдала ему кочан. Потом волк должен был перенести капусту назад Кусолизу. Потом Кусолиз с капустой перешёл по мосту на тот берег. А за ним уже переправился Волк.

И вот они, совершенно сбитые с толку, оказались на том берегу.

— А теперь, Волк, ты бери капусту и… — задумчиво сказал Кусолиз.

— Э, нет! — испуганно замахал лапами Волк. — Больше я в эту капусту с вами не играю! Даже девочку есть расхотелось…

Волк испуганно прикрыл лапой рот, а маркиз сказал:

— Ну, а раз расхотелось, то и иди себе на здоровье. Только капусту не забудь.

Волк на последних словах маркиза очумело бросился в кусты и исчез.

— Ну, ладно, — сказал Кусолиз, — а мы тогда перекусим. Доставай, чего ты с собой взяла. Противоположный берег реки был усыпан камушками. Солнце уже поднялось высоко и от разогревшихся камней шло тепло. Путники поели, помыли и высушили обувь, отдохнули и стали думать, куда идти дальше.

— Эх, жалко, Волк убежал. Кто нас через лес поведёт? — вздохнул маркиз.

— Нет уж, — решительно заявила Ульрика. — В лесу нам Волк не попутчик. Сами разберёмся. Ведь Посёлок Лириков находится на склоне? Значит, будем подниматься вверх.

Маркиз похвалил Ульрику за присутствие духа, и они отправились в путь.

Когда Ульрика смотрела на этот холм издалека, из Посёлка Физиков или с крыльца Розового Замка, он казался ей не таким уж высоким, а лес на нём не таким уж густым, но сейчас почему-то чаща становилась всё непролазнее, деревья стояли всё плотнее, а их густая листва пропускала всё меньше солнца. Даже птицы тут пели как-то тревожно, словно пытались о чём-то предупредить.

Ульрике и Кусолизу стало страшновато, но они старались не показывать это друг другу. Вдруг в отдалении затрещали ветки и между стволами мелькнуло что-то большое и белое.

— Ой, что это? — вскрикнула Ульрика. — Привидение?

— Лучше бы привидение, — проговорил Кусолиз.

И тут за деревьями затрещало, зарычало и к путникам потянулись длинные лапы с кривыми когтями.

— Это же… это же… белые каряблики! — дрожа, вскрикнул маркиз.

— Кто-о?

— Вот покарябают тебя — будешь знать, кто! Спасайся!

И Кусолиз бросился в чащу. Ульрика побежала в другую сторону, туда, где среди деревьев мерещился просвет. А сзади всё рычало, всё ревело, всё скрежетало…

Но вот девочка выскочила на большую поляну. Тут было гораздо светлее и даже как будто спокойнее. Шум за спиной затих, и птички запели веселее. Под ногами росли цветы. Ульрика перевела дух. Похоже, страшные каряблики остались где-то в чаще.

Сперва девочка встревожилась за Кусолиза, но вспомнила его слова «никто не может поймать маркиза», а также, как он ловко лазает по деревьям, и немного успокоилась. Кроме того мысли Ульрики отвлекли появившиеся на поляне незнакомцы.

Продолжение следует.