Молитва — сильное средство
В качестве новогодней новости предлагаю рассмотреть праздничную речь патриарха Кирилла (Гундяева).
Перед новогодним богослужением патриарх Московский и всея Руси Кирилл обратился к верующим с речью, в которой призвал их молиться о мире, о прекращении конфликтов и о справделивости. При этом он назвал молитву сильным средством восстановления гармонии и согласия в современном уязвимом и нестабильном мире. Уязвимость современного мира Гундяев связал с появлением огромных возможностей для его разрушения и помолился также о защите отечества.
«Мир не может быть без справедливости. И наша молитва Господу – о скорейшем прекращении междоусобной брани; конечно, о защите Отечества нашего; конечно, о мире, но и о справедливости, потому что мир без справедливости – это непрочный мир», — подчеркнул глава РПЦ. Он также особо отметил жертв бомбардировки Белгорода, куда накануне в ответ на массированную бомбардировку Киева был направлен ракетный удар. Патриарх заявил, что трагедия в Белгороде уязвляет «душу и совесть скорбью».
Дерзкие речи патриарха
С одной стороны, речи Кирилла звучат неожиданно и даже смело. Кто бы сегодня осмелился говорить о мире и тем более о справедливости? Почему патриарх вдруг заговорил в таком духе?
С одной стороны, церковь чувствует, что её влияние в современном российском обществе ослабло: после стремительного взлёта в девяностые и нулевые, когда РПЦ превратилась практически в монополиста рынка религиозных услуг, придушив при помощи административного ресурса всех своих конкурентов и глубоко запустив щупальца в сферы среднего и высшего образования, медицины и культуры, вдруг наметился некий спад, охладение в отношениях между церковью и Кремлём.
Изучение православной религии так и не стало обязательным в школах, в информационном пространстве, в культуре религии стало заметно меньше.
Разворот к массам?
Выходит так, что за время своего романа с государством церковь утратила всякий моральный авторитет, стала ассоциироваться с частью чиновного аппарата и олигархата. А теперь и государственный административный рычаг перестаёт работать. Речь Кирилла выглядит как разворот к массам, попытка заговорить о том, что действительно волнует россиян.
Но на самом же деле этот разворот нацелен не на массы, а на власть. Это сигнал власти: верните церковь в центр государственной политики, а не то она обратится к народу «через голову» государства.
Насколько серьёзна эта угроза? В сущности, нинасколько. Насквозь бюрократизированная, подчинённая спецслужбистской дисциплине РПЦ ни за что не решится проводить какую-то независимую и самостоятельную политику.
Потому и формулировки патриарха предельно обтекаемы — чтобы в любой момент взять свои слова назад. О каком мире говорил он? После захвата Киева или до? О прекращении каких конфликтов? О победоносном завершении СВО? О недопустимости трудовых конфликтов? О покорности рабов господам? Молитва — сильное средство… Насколько сильное? В каких единицах эта сила измеряется? Туман, сплошной туман!
Пожалуй, лишь слово «справедливость» звучит слишком конкретно. Во всяком случае подавляющее большинство россиян трактует его вполне определённым образом…
Что случилось ... 