Революция и реакция в одном строю

Смысл Великой Отечественной войны

Ленты и портреты

Тема Великой Отечественной войны играет всё большую роль в современной государственной пропаганде, занимает всё больше пространства в информационном поле. Уходят на второй план некогда считавшиеся важными сюжеты с расстрелом царской семьи, с пломбированным вагоном, с Пушкиным, наконец. Освобождающееся информационное пространство заглатывается темой Великой Отечественной войны и победы в ней. День Победы становится важнее любых советских (Первомай, Женский день) и церковных (Рождество, Пасха) праздников. Хотя раньше он не играл такой видной роли.

Естественно, это всё заметно и в школе, где круглый год на стенах остаются висеть георгиевские ленточки и портреты советских маршалов. В учебниках истории, литературы, родной литературы, русского языка и родного русского языка тема войны занимает всё больше страниц год от года. И в речах президента ссылки на историю Великой Отечественной войны звучат практически по любому поводу.

Почему так? С какой целью это делается? И каков истинный, не пропагандистский, смысл Великой Победы?

Все эти вопросы встают передо мной как учителем и как отцом постоянно, ибо в школе тема Великой Отечественной войны поднимается множество раз в год по разным поводам. И я постоянно испытывал мучительное чувство неясности, когда сталкивался с этой темой, когда мне предстояло задать сочинение по этой теме, пройти художественное произведение («Василия Тёркина» или «Катюшу»), организовать экскурсию по школьному музею.

Что я должен сказать детям такого, чего не мог бы сказать, например, школьный учитель гитлеровской Германии? Что наша страна сильнее всех? Что мы побеждали и будем побеждать всех врагов? Что наш солдат силён духом своим и любовью к Родине? Что все мы должны быть готовы отдать жизни за своё государство и его главу?

Справедливо ли приравнивать РФ к СССР

Если спросить рядового школьника, что он знает о той войне, он прежде всего ответит, что мы победили. И это «мы» уже будет первой ложью. Чувство гордости за чужую, одержанную много лет назад победу призвано прикрыть наше ничтожество, отсутствие более свежих побед и достижений. Тут приходится пояснять: нет, друзья, мы с вами никого не побеждали. Победу одержали наши героические предки.

Но проблема с этим «мы» не уходит. Если спросить школьника, какая страна победила в той войне, то он запросто может брякнуть: «Россия». И в этом кроется корень лжи. В сознание обывателей усиленно внедряется некий абстрактный образ России, страны, которая всегда была и будет, и которая лишь какой-то промежуток времени по недоразумению именовалась СССР. Рисуется мысленный знак равенства между Российской империей, Советским Союзом и нынешней РФ. Или, точнее, между Российской империей и Российской федерацией рисуется мысленная прямая, и на этой прямой располагается СССР.

Справедливо ли такое приравнивание? В отношении Великой Отечественной и празднования Дня Победы совершенно несправедливо.

Давайте рассмотрим те ценности и идеалы, за которые сражались бойцы Красной армии, во имя которых самоотверженно работали труженики тыла. Понятно, что часть из них, пусть даже солидная часть, сражалась просто за «родину», за родных и близких, а кто-то и вовсе не сражался и не работал, а просто отсиживался в тылу. Но пример мужества, стойкости подавали как раз люди идейные, по ним равнялись другие. Итак, что же было для них свято?

Советский строй, который они называли социалистическим;

мировой коммунизм, как цель развития человечества;

революция, как способ достижения этой цели;

имя Ленина, уже тогда превратившееся в некий культ, но всё же связанное с ленинскими идеями, и т. д.

Вот за эти идеи сражались, этими образами вдохновлялись советские герои. Разделяют ли современный российский официоз и современный российский обыватель эти идеалы? Конечно же, нет. Всё, что было свято для героев Великой Отечественной, сегодня облито грязью, оплёвано. Коммунизм, Ленин, революция — эти слова стали прямо-таки неприличными. Современный масскульт до сих пор не устаёт выставлять Ленина то монстром, то шутом, а ведь советские воины с гордостью носили его профиль на своей груди.

Так, простите, по какому праву, на каком основании мы сегодня можем называть ту победу своей и ставить знак равенства между СССР и РФ, если для нас не свято то, ради чего жили и умирали советские люди? Скорее уж современная Россия является анти-Советским Союзом, СССР навыворот.

Кстати сказать, СССР в определённом смысле точно также представлял собой отрицание официальных ценностей Российской империи. Что провозглашалось святым в царской России? Вспомним «уваровскую троицу»:

самодержавие (царь — божий помазанник, монархическая форма правления, сословное разделение общества),

православие (православная религия как основа идеологии и культуры, православное вероисповедание как привилегированная форма идеологии, представители прочих конфессий находятся в неравном положении),

«народность» (русский народ превознесён над «инородцами», представление о русском народе как от природы покорном, царелюбивом и православном).

По всем этим параметрам СССР является отрицанием Российской империи. Для наглядности можно даже составить таблицу.

ценности	РИ	СССР	РФ
самодержавие	+	—	+
православие	+	—	+
национализм	+	—	+
социальное и имущественное неравенство	+	—	+
интернационализм	—	+	—
материализм	—	+	—
коммунизм	—	+	—
революция	—	+	—
Ленин	—	+	—
социальное равенство	—	+	—

Данные этой таблицы, конечно, условны. Например, восхваление царей в современном масскульте не превращает современную РФ в монархию, однако общая тенденция прослеживается: СССР являлся историческим отрицанием (в гегелевском понимании термина) царской России, так же как нынешняя РФ является яростным отрицанием СССР и диалектическим возвратом к досоветскому периоду (хотя и на новом витке социального и технологического развития). Логично предположить, что новый исторический период должен стать возрождением некоторых советских элементов и принципов. Впрочем, речь сейчас не о будущем, а о прошлом.

Куда ведёт шкала времени

Вернёмся к временной шкале, где СССР занимает отрезок между РИ и РФ. Шкала времени рисуется горизонтальной, но исторический путь — это не ровная прямая, а периоды восхождения и упадка. Можем ли мы сказать, что современная РФ в целом превосходит РИ, представляет результат прогресса относительно состояния полуторавековой давности?

Состояние общества в Российской империи Салтыков-Щедрин описал (в запрещённом цензурой произведении) следующими словами: «Хозяйство, промышленность, науки, даже тишина — это потом. Ходите в лаптях, носите рубище, живите впроголодь, но кричите: страх врагам! У кого хайло шире, тот да превознесется. Кто наглее лжет, тот да будет почтен. Крики, сутолока, смятение заменяют все: и хлеб, и знание, и самую жизнь»¹. Эти слова можно отнести и к современной РФ, можно отметить и значительные территориальные потери. И всё же прогресс имеется. Наиболее очевиден он в области техники, но имеется он даже в социальной сфере: отмена сословий, уравнение в правах национальностей и конфессий, равноправие женщин, какое-никакое бесплатное здравоохранение и всеобщее образование.

Народное образование в Российской империи развивалось черепашьим шагом. Приведём данные из отчёта о положении народного образования в относительно благополучной в этом плане Симбирской губернии за 1869-1879 гг., кстати сказать, составленный Ильёй Ульяновым — отцом Владимира Ильича:

«Сельских школ пока всё ещё мало — всего лишь четыре на семнадцать населённых пунктов, расположенных в среднем на пространстве в 78 квадратных вёрст! Из каждых сорока трёх представителей мужского населения учился только один, а число учащихся девочек просто ничтожно: одна из 313 жительниц губернии. Из 424 учителей (не считая законоучителей) всего 44 окончили учительские семинарии. Только чуть более половины школ размещено в подходящих помещениях. Многие школы переполнены учениками. Десятки тысяч детей не учатся только потому, что в деревнях, где они живут, нет школ. А в некоторых уездах другая беда: есть школы, но из-за мизерности учительского жалования подходящих людей трудно найти»².

И несмотря на то, что в современной России стремительно возрождаются многие проблемы царского образования (нехватка школ, бедность и загруженность учителей), в среднем современные россияне более образованны, чем их прапрадеды.

В таком случае временной отрезок между РИ и РФ, на котором расположен СССР, будет составлять не горизонталь, а восходящую диагональ. Но и это ещё не законченная картина. Советский период это не просто механическое восхождение к нынешнему состоянию, он представляет собой не прямую, а дугу.

Дело в том, что по целому ряду параметров СССР превосходил РФ. Я говорю прежде всего о социальной сфере, трудовом законодательстве, о плановой организации экономики, о достижениях в культуре, в науке, практически во всех отраслях промышленности, о большей социальной однородности советского общества, о сглаженности (по некоторым версиям, отсутствии) классовых противоречий, о рождаемости, об интересе к чтению и т. д.

Переход от СССР к РФ представляется регрессом не только большинству россиян, но и наиболее вдумчивым иностранным наблюдателям. Например, латиноамериканец Антонио Нубаррон Тремендо пишет: «Неужели ваша, русская, сегодняшняя КОНТРРЕВОЛЮЦИЯ принесла вам что-то хорошее? 25 лет назад у нас в Латинской Америке об СССР писали или с восхищением, или с ненавистью, но, во всяком случае, с уважением – как о единственной в мире стране, способной противостоять США. А сейчас над вами смеются все латиноамериканские газеты! Иначе как дураками русских и не называют!»³

А вот мнение итальянского историка и журналиста Джузеппе Боффа: «Если Советский Союз стал «сверхдержавой», то он был обязан этим не только своему огромному военному потенциалу, но и политическим, экономическим и культурным факторам, связанным с бурной революционной историей страны»⁴.

Силы революции и реакции

На эти соображения можно законно возразить, привести наиболее отвратительные гримасы сталинщины, парадоксы эпохи застоя, нужду первых советских лет. Но поэтому и нужно рассматривать каждое государство не как некую неподвижную данность, а как процесс. Таким образом советский исторический период будет представлять собой не горизонталь и не восхождение по прямой, а дугу, кривую — взлёт на лидирующие мировые позиции (не только в плане военной мощи или экономических показателей, но и в плане мирового культурного и идейного влияния, новаторства в научной и социальной сфере) и последующее падение до нынешнего незавидного состояния.

Советский и российский социолог Александр Тарасов связывает эту траекторию с фазами революционного цикла: «В зависимости от тяжести ситуации и сложности стоящих перед конкретной революцией задач революционная диктатура, как правило, выходит за рамки решения собственно задач данной революции и отчасти решает задачи уже следующей революции»⁵.

Большевистская революция а России обогнала своё время: большевики решали задачи буржуазной, антимонархической революции (переход от аграрной экономики к индустриальной), но они же пытались сделать и следующий шаг — построение небуржуазного, некапиталистического общества социальной справедливости. Это дерзание и помогло Советской России оказаться впереди планеты всей и увлечь за собой многие другие страны. Но большевикам не удалось удержаться на высоте таких задач, история грубо вернула Россию в русло мирового капиталистического развития.

То есть СССР на всём протяжении своего существования находился под воздействием сил двух типов: революционных сил, толкавших его к культурному и техническому прогрессу, и реакционных сил, стремившихся погасить это развитие, тащивших страну и общество назад, к старому. Сперва преобладали первые, в то время как вторые постепенно набирали силу, пока восходящая линия не сменилась нисходящей. Соответственно, советскую историю можно разбить на два больших этапа: на первом развитие шло по нарастающей, а после некоего перелома, регресс восторжествовал над прогрессом.

В какой момент произошёл этот перелом? Об этом можно спорить: сталинисты укажут на смерть Сталина и «хрущёвскую оттепель», кто-то укажет на «брежневский застой» или горбачёвскую «перестройку». Лично я считаю, что переломом стали несколько лет, предшествовавшие 1937 году. Именно в эти годы была пресечена революционная традиция, вырван революционный корень, физически или морально уничтожены, удалены из страны носители революционного духа. После этого развитие в отдельных сферах ещё продолжается, но это уже инерционное развитие, не питающееся энергией и чаяниями народа. Власть из выразительницы массовых интересов превращается в инструмент подавления масс, народ и правящие круги становятся полусознательными врагами.

Но, хотя революция и лишилась притока свежих сил, она умерла не сразу, она ещё живёт на уровне лозунгов и символов, надежд, символа веры, а к концу советского периода в качестве ритуала. Но как только революция окончательно выветрилась из сознания граждан, власти уже незачем стало играть в революционный маскарад, и произошёл развал СССР с образованием на его территории группы откровенно контрреволюционных режимов.

Возвращаясь к теме нашей статьи, следует сказать, что для осмысления исторической сути Великой Отечественной войны следует прежде всего учитывать это одновременное действие противоборствующих сил — революции и реакции. На стороне реакции в первую очередь следует указать силы мирового фашизма. Собственно эти силы и были вызваны стремлением подавить, остановить мировую революцию и задушить её очаг — Советский Союз. В противовес этой попытке в Советском Союзе всколыхнулись и оживились все революционные, прогрессивные силы. Но не следует забывать, что реакция действовала не только извне, но и изнутри советской системы — прежде всего в лице Иосифа Сталина.

Сталин, несмотря на своё относительно революционное прошлое, стал могильщиком русской революции и личным убийцей её вождей. Стремясь упрочить свою власть, опасаясь соперничества, он уничтожал талантливых государственных деятелей, затыкал рты теоретикам и писателям, подавлял и развращал народные массы. Сталин заново ввёл употребление водки, расплодил привилегированную бюрократию, превратил революционную культуру в культ.

Прогресс и реакция в Великой Отечественной

Когда же грянула война, то Сталин отнёсся к ней двояко. С одной стороны, когда немцы «внезапно» оказались около Москвы, увлечённый поисками внутренней крамолы диктатор осознал, что в данный момент главная угроза его трону исходит извне, со стороны контрреволюционных сил, и это заставило его ухватиться за революционные символы и силы, чтобы мобилизовать их на отпор врагу. С другой стороны, даже во время войны с объединёнными силами мирового фашизма, Сталин подспудно продолжал вести борьбу с революционными силами внутри страны — продолжал репрессии, продолжал потихоньку возрождать имперские символы и подкармливать имперские настроения в русском народе.

Вот с точки зрения этих двух тенденций и следует анализировать смысл Великой Отечественной войны. В ней одновременно присутствовали прогрессивный и реакционный векторы. И с точки зрения этих векторов следует оценивать тот образ войны, который создаёт современная пропаганда.

В чём заключался революционный, прогрессивный смысл войны?

Во-первых в том, что советские воины в этой войне защищали не просто жизни своих близких, как это нам представляют сегодня, не просто абстрактную «родину», а тот строй, что был создан по итогам Октябрьской революции и Гражданской войны, то есть советский строй. Советские солдаты защищали завоевания и достижения своей революции, а новую войну вопринимали как продолжение гражданской. Тем более, что за рубежом гитлеровскую интервенцию горячо поддерживали именно наиболее убеждённые белоэмигранты, Гитлер заявлял, что намерен изгнать большевиков и вернуть России прежний строй, а созданные нацистами русские соединения под командованием генерала-предателя Власова воевали под трёхцветным знаменем Российской империи (триколором).

Во-вторых, многие коммунисты искренне полагали, что разгром фашизма будет способствовать Мировой Революции, а свой заграничный поход воспринимали как распространение советских революционных преобразований на другие страны, освобождение иностранных трудящихся от ига капитала. В этом они видели свой интернациональный долг.

Да, получалось, что это освобождение они несли другим народам на штыках, но надо признать, что во многих странах их искренне встречали с цветами. Кто встречал? Во-первых, евреи, во-вторых, местные коммунисты, в-третьих, рабочие. А это, поверьте, огромная доля населения.

В чём же заключалась реакционная составляющая войны? В националистических и империалистических настроениях. В то время как передовые коммунисты видели в войне защиту революции и исполнение интернационального долга, наиболее отсталые бойцы видели лишь битву «наших» с «ненашими», русских с немцами, а в заграничных походах — распространение мощи и власти России, подчинение других стран её интересам. В победе же они видели признак превосходства русских над прочими народами.

Легко догадаться, что Сталин пытался использовать в своих целях энтузиазм первых и тайно потакал вторым. Недаром именно в отношении Великой Отечественной Шаламов сказал, что «во время войны тиран сближается с народом»⁶.

Обратите внимание на то, какие противоречивые смыслы содержали советские военные плакаты и в целом советское искусство военных и предвоенных лет. С одной стороны, они апеллировали к советскому народу, напоминали о народной силе, называли армию красной, то есть несущей коммунистические революционные идеалы:

…с другой, рисовали образ абстрактной родины-матери, которой, как языческой богине, необходимо отдавать свои жизни.

Какую ещё мотивацию предлагали советским воинам? Конечно же, месть за зверства фашистов.

Но в окарикатуренном образе гитлеровца стиралась суть фашизма вообще и нацизма в частности.

А вот редкий плакат, выражающий интернационалистский смысл той войны:

Как видим, сталинский режим вынужден был играть на двух разных клавишах, обращаясь то к националистическим, то к интернационалистским чувствам советских граждан, то к революционной, то к имперской отечественной традиции. Пожалуй, очевиднее всего противоречивость этого посыла выражена в знаменитом плакате от Кукрыниксов.

Красноармейцы здесь представляются «внуками Суворова», то бишь имперского полководца, который вёл захватнические имперские войны во имя трона и короны, и одновременно «детьми Чапаева», то есть революционного командира, который помогал низвергать трон и корону. А Великая Отечественная война представлялась сразу продолжением и Гражданской, и царских захватнических войн.

При этом третьей, неназванной, тенью на плакате маячит, видимо, Александр Невский — феодальный князь, чья фигура противоречива сама по себе. С одной стороны он разбил ливонцев (хотя масштабы этой победы явно преувеличены), но с другой немало сделал для подчинения Руси Орде. Так что трудно его вписать в патриотическую традицию.

Пропаганда вчера и сегодня

Через фигуру Невского мы подходим к теме культуры и пропаганды. За время правления Сталина в СССР усиливалась линия на реабилитацию царей и царского наследия, выходили хвалебные книги и фильмы о Петре Первом, Иване Грозном, Александре Невском. Но угроза сталинской власти в частности и советской власти вообще несколько затормозила эту линию развития.

Всякий диктатор как бы качается на весах между различными классами и общественными тенденциями, стремясь создавать между ними равновесие. Так поступал и Сталин. В начале войны он обратился к народу церковными словами «братья и сестры», а после победы уже обращался отстранённо: «граждане». В ходе войны он облачил красную армию в погоны. Со времён Гражданской войны Красная армия не носила погон, которые напоминали людям о старой царской иерархии, принципиальном неравенстве между солдатом и офицером. В Великую Отечественную погоны вернулись.

Тогда же вернулась и пресловутая георгиевская ленточка, на которую вешали награды при царе. Правда, теперь на неё вешали не кресты, а красные звёзды с серпом и молотом или профилем Ленина. Как видим, в той войне были смешаны две сути, две исторические линии — революционная, освободительная и реакционная, имперская.

Легко догадаться, какую линию выбирают и выпячивают современные пропагандисты. Георгиевская ленточка тиражируется ими уже безо всяких советских символов, а в центр красной звезды помещаются не серп и молот, а Георгий Победоносец со змеем. Мавзолей, мимо которого с гордостью маршировали советские солдаты, теперь на День Победы загораживают ширмами с царским триколором.

Лёгкости использования в целях современной пропаганды советских песен и фильмов способствует то, что они не слишком проясняли двойственный смысл войны и победы (ибо это было политически рискованно), а концентрировались на трагедии и героизме, не слишком углубляясь в противоречия между коммунизмом и фашизмом.

«День победы, как он был от нас далёк» или «Тёмная ночь, только пули свистят по степи», — эти строки с поэтической точки зрения прекрасны, но их могли бы с удовольствием спеть и фашисты. В них нет ничего, что вскрывает суть войны. А она заключалась отнюдь не в том, что одни напали, а другие оборонялись.

И наоборот, помните эпизод в «Граде обречённом» Стругацких, когда советский обыватель радостно подпевает немецкой военной песне? Кстати, о чём пели немецкие солдаты? Да всё о том же: о солдатской службе, о походах, о воинском долге, о любимой девушке.

Финальные положения

Грань между коммунизмом и фашизмом в теме Великой Отечественной войны оказалась сперва затушёванной, а нынче и стёртой. Нужно снова провести её со всей решительностью.

Если выражаться предельно кратко, то фашизм — это контрреволюционная мобилизация масс. Он набирает силу в момент, когда буржуазная верхушка чувствует для себя угрозу со стороны революции и уже не надеется предотвратить эту угрозу с помощью своих традиционных инструментов насилия над массами: полиции, армии, нацгвардии. В такой ситуации она создаёт свои низовые массовые организации или идёт на сделку с какими-то из уже существующих, делится с ними частью власти и даже отдаёт им в жертву часть «своих».

Фашистские организации имитируют революционный стиль и радикальную риторику, но сохраняют в неприкосновенности принципы классового господства, оставляя средства производства в руках магнатов (иногда передавая их иным магнатам) и усиливая бесправное положение масс. Надо сказать, что материальное положение трудящихся может в некоторых аспектах и на некоторое время даже улучшиться, но народ по-прежнему останется инструментом в чужих руках, не сделается вершителем собственной судьбы.

Поэтому фашисты используют не только силовые, но и культурные методы закрепощения. Фашизм враждебен высокой, сложной культуре — интеллектуализму вообще, он насаждает культурный примитивизм, иррационализм.

Это тоже важно понимать, чтобы разграничить то, за что боролись советские люди, то, против чего они боролись, и то, что мы имеем сегодня.

Удивительно читать пионерские послания в будущее или отрывки из сочинений в старых школьных альбомах. В разделе «О чём мы мечтали» видим аккуратные строчки: «Я хочу, чтобы не было войны. Я хочу, чтобы был мир», «Я мечтаю, чтобы не было войны, чтобы все жили дружно». И тут же: «Хочу быть пулемётчиком», «Хочу быть танкистом».

Какие выводы мы должны сделать? Как следует понимать, интерпретировать смысл Великой Отечественной войны и Победы?

Во-первых, следует отдать себе отчёт в том, что современная РФ не идентична СССР, а, скорее, является его антиподом. Во-вторых, сам СССР и его состояние в период Второй мировой войны следует оценивать с точки зрения динамики его развития и одновременного действия и противоборства двух сил, двух тенденций — прогрессивной и реакционной. Действие этих сил следует различать и в ходе Великой Отечественной войны.

Наконец, в-третьих, следует уяснить себе сущность и природу фашизма, который выступал агрессором и противником СССР в этой войне. Без этого нельзя понять против чего и за что боролись наши предки. И пока эти пункты не будут осмыслены и выведены на передний план праздничной повестки, следует приглушить барабанный бой.

Примечания

1Салтыков-Щедрин М.Е. Письма к тётеньке. Письмо №3 // Салтыков-Щедрин. Собрание сочинений в 20 томах. Т. 14. М.: Художественная литература. 1972. С. 494.

2Трофимов Ж., Миндубаев Ж. Илья Николаевич Ульянов. М.: Молодая гвардия, 1990. С. 146.

3Цит. по: Тарасов А. Живые моськи лают на мёртвого льва. http://saint-juste.narod.ru/om1.htm.

4Боффа Дж. От СССР к России: История неоконченного кризиса.

5Тарасов А. Национальный революционный процесс: внутренние закономерности и этапы. http://saint-juste.narod.ru/revprc.htm.

6Шаламов В. О прозе. https://shalamov.ru/library/21/45.html